Заводъ
повесть
1 часть.
Касаткин А.
- Ненавижу! Ненавижу! – говорила она, – твою безответственность, забывчивость, разгильдяйство, твою душу широкую ненавижу, за которой, при всей ее широте, и гроша не спрятать, тут же отдашь первому попавшемуся опойке! Терпеть не могу твоего бескорыстия, был бы ты бабою, всю жизнь бы раком простоял, ну скажи ты мне: чего ради я связалась с тобой? А? Зачем? А? – И, не слушая ответа, продолжала: – Бездельник, тунеядец, рифмоблуд несчастный, всех дел то у тебя, в гитару играть да бумагу переводить. Ишь ты тварь этакая, хорошо устроился! А я тебе что? Прачка? Кухарка? Домработница? Баба надувная? Или все-таки женщина, на которой ты год назад торжественно обещал жениться? (вспомни, гад!) – тут на кухне что-то рухнуло и отчаяно грохоча, покатилось по полу.- Короче все! Если ты сию же минуту не устроишься на работу, ноги моей в этом гадюшнике не будет. Я не собираюсь больше тебя обхаживать, – продолжала орать Машка, ни на что не обращая внимания – я не хочу больше иметь дела, а тем более выходить замуж за такого раздолбая и мудака. В моем возрасте я имею право быть достойной супругой достойного человека, а не охломона, который полку прибить прямо не может!- Валентин тихонечко вякнул, а зря, не надо было ему вякать, Ибо Машка развернула свои танки в новую позицию. - Не пьет он. Подумать только, он не пьет! – с непередаваемым сарказмом взвизгнула Машка. - Да по мне хоть, залейся, а дело делай. У Ленки, моей подруги, Вовка пьян через день, а машину купил, кооператив построил, дача, мебель финская, да по ночам покоя не дает. А ты?! Да что ты заладил, каждый день, каждый день, на хрен мне твое каждый день, я не девочка уже, а вот ты, как был в семнадцать лет дураком, так им же и помереть собираешься… (далее…)
